Игорь Петрович Иванов и коммунарская методика

кленовые листья

На главную

Станислав Теофилович Шацкий

Станислав Теофилович Шацкий

Станислав Теофилович Шацкий родился 13 июня 1878 года в селе Воронино Смоленской губернии в семье мелкого военного чиновника, заслужившего потомственное дворянство. Семья была большая и очень религиозная.

После того как Шацкие переехали в Москву, маленький Станислав был отдан на обучение в считавшуюся лучшей в Москве гимназию № 6. Несмотря на то, что ученик он был прилежный, воспоминания о гимназии у него остались довольно удручающие. В школе шла постоянная война учителей и учеников, ненадолго прерывавшаяся лишь во время экзаменов, когда интересы тех и других сближались. В последние гимназические годы будущий педагог пришёл к выводу, что так учить и воспитывать, как его в гимназии, нельзя.

Поступив в Московский университет на мехмат, С. Т. Шацкий через некоторое время переводится на медицинский факультет, а затем — в Петровскую (Тимирязевскую) сельскохозяйственную Академию. Последний переход объяснялся просто: молодой человек уже решил стать педагогом, взяв для себя в качестве образца школу Л. Н. Толстого в Ясной Поляне, где много внимания уделялось труду на земле, в поле. Поэтому посчитал необходимым освоить специальность агронома для того, чтобы грамотно и умело руководить занятиями своих будущих учеников. В Академии он показывал такие успехи, что сам Климент Аркадьевич Тимирязев пригласил его продолжать научные занятия под своим руководством. Но С. Т. Шацкий, считая, что уже получил достаточно агрономических знаний для своих будущих школьных занятий, уходит из академии, не закончив её.

С юных лет Станислав Теофилович увлекался музыкой. Он обладал хорошим голосом, научился играть на фортепьяно, занимался в классе сольного пения. Позже, уже будучи студентом МГУ, поступил в Московскую консерваторию, ездил с концертами по стране, пользовался большим успехом, и даже был приглашен в оперную группу Большого театра! Его ждали слава, успех, почет, деньги.

Но и Консерваторию С. Т. Шацкий не заканчивает. Все эти годы напряженного и мучительного поиска себя, своего жизненного предназначения его влекло в педагогику, к детям.

Судьбоносной оказалась встреча с Александром Устиновичем Зеленко. Это был дворянин по происхождению, архитектор по образованию и разночинец-демократ по убеждениям. Вернувшись из двухлетнего путешествия по Америке, Австралии и Индии, Зеленко стал агитировать знакомых за создание в Москве по примеру американцев «сетлемента» — поселения культурных интеллигентных людей среди бедных слоев населения для проведения просветительской работы.

33-летний Зеленко и 27-летний Шацкий сразу решили, что их сетлемент начнётся с создания «детского царства», где каждый воспитанник получит возможность для всестороннего развития своих сил. Кроме того им хотелось создать такое сообщество, в котором воспитатели — «товарищи детей», а не их начальники.

Летом 1905 г., взяв дюжину мальчишек из приюта Сущёвского попечительства о бедных, они расположились в одной из пустующих, нанятой на лето даче поблизости от деревни Щёлково.

В основу совместной жизни взрослых и детей был положен физический труд и общественное начало. Они сами готовили еду и оборудовали помещение. Мастерили себе столы, лавки и кровати, работали на огороде, пристроили к даче летнюю веранду. Руководство жизнью и деятельностью детей осуществлялось через общее собрание — «сходку». Ежедневно, обсуждая на «сходке» прожитое, вносили в свою «конституцию» новые «установления».

Дружно и слаженно прошло лето в колонии. Это окрылило её организаторов. Дальнейшее развитие опыта шло в направлении от временного коллектива «летней колонии» к созданию постоянного клубного коллектива. Вернувшись в Москву, Шацкий и Зеленко сняли небольшое помещение в Марьиной роще и открыли детский клуб под названием «Дневной приют для приходящих детей».

На базе приюта в 1906 году было организовано культурно-просветительное общество «Сетлемент», главной своей целью ставившее удовлетворение культурных и социальных потребностей детей и молодежи малообеспеченной и малокультурной части населения.

B обучении упор был сделан на усвоение практически значимых для жизни детей знаний. Отношения между педагогами и детьми понимались как отношения между старшими и младшими товарищами. Большое значение придавалось воспитанию y детей чувства товарищества, солидарности, коллективизма. Необычным явлением для педагогической практики того времени была организация детского самоуправления.

Мальчики и девочки объединялись по принципу товарищества в клубы-кружки: столярный, сапожный, пения, астрономический, театральный, биологический и др. Каждый клуб имел свое название и разработанные детьми правила, которым строго следовали и взрослые, руководители клубов. Решения, принятые на собраниях клубов, как и на общем собрании, считались обязательными. Кроме клубных занятий, время от времени устраивались общие для всех участников клубов посещения музеев, театров, загородные прогулки, был организован хор.

Дом для общества «Сетлемент»

В 1907 г. на средства, собранные среди владельцев крупных предприятий — братьев Сабашниковых, Кушнеревых, Морозовой для клуба по проекту А. У. Зеленко было выстроено прекрасное здание в стиле «модерн» в Вадковском переулке. Этот дом первым во всём районе имел электричество и автономное паровое отопление. В нём был зал со сценой и три десятка помещений для кружковых занятий. На крыше располагалась настоящая астрономическая обсерватория (с вращающимся металлическим куполом и приличным телескопом-рефрактором).

При клубе появилась даже своя школа, позволявшая к трём классам обязательного в те годы обучения «добавлять» ещё три. В этой школе было много необычного. Учителя здоровались с учениками за руку. Отметок не ставили. Даже хороших. Но многие родители предпочитали переводить своих детей из обычных школ в эту. Здесь дети не только быстрее научались читать и писать. Здесь они серьезно «приохочивались» к самостоятельным занятиям с книгой, к посещению выставок, театров, к слушанию серьезной музыки.

Кроме того, при клубе были мастерские, где подростки могли получить начальную профессиональную подготовку по нескольким специальностям. Таким образом, появилась возможность осуществлять воспитание детей на протяжении двенадцати-пятнадцати лет их жизни, начиная с дошкольного возраста.

В этом доме занималось около 400 детей под руководством четырёх десятков энтузиастов — московских интеллигентов. Среди работников «Сетлемента» было мало педагогов, но недостаток опыта и средств возмещался колоссальной энергией и огромным интересом к делу. Ядро коллектива образовали выпускники Московского университета Е. А. Казимирова, К. А. Фортунатов, А. А. Фортунатов, Л. К. Шлегер, Н. О. Массалитинова. Это были яркие и одаренные люди, много внесшие в развитие педагогических идей в России.

Шацкий

Одной из наиболее деятельных участниц общества с самого момента его основания была Валентина Николаевна Демьянова. После окончания с отличием Московской консерватории перед ней открывалась заманчивая перспектива профессии пианиста-концертанта. Но встреча со Станиславом Теофиловичем (они поженились в 1908 году) направила всю ее жизнь по совершенно иному пути.

Хотя кружок педагогов, группировавшихся вокруг Зеленко и Шацкого, всячески сторонился политики, его практическая деятельность рассматривалась органами власти как одно из разветвлений социалистических течений того времени. Решением московского градоначальника общество «Сетлемент» со всеми его учреждениями было закрыто 1 мая 1908 года за «попытку проведения социализма среди детей».

После долгих хлопот в феврале 1909 года было получено разрешение открыть новое общество под названием «Детский труд и отдых», фактически продолжающее и развивающее традиции «Сетлемента». Снова дети и подростки заполнили многочисленные комнаты своего дома в Вадковском переулке, где начали работать детский клуб и детский сад. Была открыта экспериментальная начальная школа, в которой педагоги пытались по-новому вести учебные занятия в рамках обычной школьной программы, применив усовершенствованные методы преподавания и оживив школьную атмосферу.

Пришлось отказаться от внешней «республиканской» формы организации детей. От группировки детей по принципу товарищества перешли к их объединению в клубах по интересам. Труд воспитателей оставался неоплачиваемым, а содержалось общество на частные взносы и пожертвования. Работать приходилось в условиях тайного и явного полицейского надзора, часто проводились обыски, угроза закрытия висела над учреждением.

Воспитание, которое ребенок получал в стенах школы, С. Т. Шацкий называл малым педагогическим процессом, а воздействие семьи, сверстников, взрослых и т. д. — большим педагогическим процессом. Он утверждал, что, занимаясь обучением и воспитанием детей только в стенах школы, мы обрекаем усилия педагогов на неудачу, так как воспитательные действия, не поддержанные самой жизнью, будут либо немедленно отброшены учащимися, либо будут способствовать воспитанию двуликих Янусов, на словах соглашающихся с установками педагогов, а поступающих вопреки им.

У Станислава Теофиловича возникает мысль о возобновлении работы летней детской трудовой колонии как постоянного учреждения с сельскохозяйственным участком. Устройство колонии давало возможность создать подходящие условия для проявлений настоящей детской жизни, свободной от внешних наслоений, сложившихся под неблагоприятным влиянием дурных сторон окружающей жизни взрослых.

В 1911 году член этого общества М. К. Морозова разрешила организовать на пустующем участке ее имения в Калужской губернии (на территории современного города Обнинска) детскую колонию. Для размещения первых 40 воспитанников там был построен двухэтажный барак с балконом.

С. Т. Шацкий сразу предоставил детям возможность самим решать свои дела. Все важные вопросы жизни обсуждались на собраниях, которые проводились каждый день. На одном из первых собраний дети решили, что всё будут делать сами, распределили очередность дежурства на кухне, наметили план работ, придумали и название колонии — «Бодрая жизнь».

Основой жизни в колонии был физический труд: дети вместе с сотрудниками выполняли работы по приготовлению пищи, по самообслуживанию, по благоустройству колонии. Начиналось с простого — корчевали пни, прокладывали дорожки, возводили постройки. Со временем стали обрабатывать поля, выращивать на них рожь и пшеницу. Позже появилась своя электростанция.

Трудовая деятельность детей складывалась из дежурств по отдельным отраслям хозяйства (в кухне, в прачечной, на скотном дворе) и общественных работ, в которых участвовали все свободные от дежурств колонисты.

Впрочем, хотя труд и занимал в колонии важное место, ему придавалась, прежде всего, воспитательная направленность. Питомцам был ясен практический смысл их деятельности: они налаживали хозяйство, стремились сделать жизнь в колонии более приятной, уютной и красивой.

И конечно, как и во всех учреждениях, которые создавал С. Т. Шацкий, в колонии царило и правило бал Его Величество Творчество. Взрослые и дети издавали журналы, ставили спектакли, организовывали концерты, много слушали музыку и исполняли музыкальные произведения. Оркестры, хор, театр органично соединялись с трудом на полях, занятиями в кружках с различными играми.

Каждый год в «Бодрой жизни» с конца апреля по октябрь находились по 100-150 колонистов.

После октябрьской революции 1917 года, считая, как и многие в то время, большевиков разрушителями, Станислав Теофилович не сразу стал сотрудничать с советской властью (он даже отказался от предложения наркома просвещения А. В. Луначарского войти в руководство Наркомпросом).

Но выдвинутая Народным комиссариатом просвещения задача ведения опытной работы в школах вызвала у педагога-новатора живой интерес. После долгих сомнений и колебаний он совместно с А. А. Фортунатовым приступает к разработке проекта целой системы экспериментальных педагогических учреждений, первоначальные контуры которой наметились ещё в его дореволюционной работе.

Проект поддержали и в 1919 году на базе учреждений общества «Детский труд и отдых» по приказу наркома просвещения была создана Первая опытная станция Наркомпроса в составе двух отделений: сельского — в Калужской области и городского — в Москве.

В состав Калужского отделения входили 5 детских садов, 4 дошкольные летние площадки, 14 начальных школ, средняя школа, 3 районные библиотеки, педагогическая выставка, школьный музей, бюро по изучению местного края. Методическим центром отделения являлась школа-колония «Бодрая жизнь».

Московское отделение своим влиянием охватывало район Марьиной рощи, являвшийся тогда окраиной Москвы. Это отделение включало: Центральный детский сад, Первую трудовую школу, педагогическую библиотеку, педагогический техникум и педагогическую выставку, отражавшую опыт школ и детских садов.

Заведующей школой-колонией «Бодрая жизнь» была назначена В. Н. Шацкая. С. Т. Шацкий осуществлял руководство практической и опытной работой всей системы учреждений. Под его руководством учителя вводили новое в жизнь школы: труд по самообслуживанию, подвижные игры, занятия рисованием, лепкой, пением, детское самоуправление.

Станислав Теофилович считал, что труд имеет наибольшую воспитательную ценность тогда, когда школьники осознают его необходимость для детского коллектива, рассматривают свой труд как частицу общего труда. Соединение обучения с трудом, с общественно полезной работой придаёт всему обучению жизненный характер, делает процесс учения более осмысленным, а знания сознательными и действенными.

Учащиеся, работая в учебных мастерских и в учебно-опытном хозяйстве, знакомились в теории и на практике с механической обработкой материалов и с основами сельского хозяйства. Подготовку по электротехнике они получали на уроках и внеклассных занятиях по физике, а также в процессе дежурства на школьной электростанции. Большое значение для расширения политехнического кругозора колонистов имели экскурсии на различные предприятия — фабрики, заводы, электростанции, проводившиеся как в течение учебного года, так и во время летних дальних путешествий по родной стране.

Педагоги Опытной станции пытались перейти к технически высоким «формам труда» и создать на базе колонии детское производство (кирпичный завод), но получили отказ.

Придавая огромное значение самоуправлению, С. Т. Шацкий стремился к тому, чтобы максимальное количество детей участвовало в разных формах управления делами коллектива, сознательно и ответственно относилось к порученному делу, чтобы школьники умели свои желания и намерения подчинять требованию коллектива. Детский коллектив в школах сплачивался на совместном выполнении различных дел: школьники поддерживали порядок в своей группе, несли дежурства, выделяли «санитаров» для проверки чистоты и опрятности детей; в старших группах организовались комиссии: санитарная, хозяйственная, библиотечная и др.; комиссии отчитывались о своей работе на общих собраниях группы.

Коллективными являлись и педагогические поиски. Станислав Теофилович смог создать из талантливых и самоотверженных единомышленников коллектив научных и практических работников, вместе разрабатывавших и воплощавших в жизнь новые педагогические идеи.

Сельские школы широко развернули общественно полезную работу по участию детей в различных областях жизни. Это были — забота о младших братьях и сестрах, устройство школьных клубов, школьных кооперативов, помощь в благоустройстве своей деревни, организация детских «обществ» по разведению и распространению цветов, ягодных кустарников, помидоров и т. п.

Важной составной частью воспитательной работы в детских учреждениях супруги Шацкие считали развитие у детей эстетического начала. Воспитанники колонии учились любить и понимать творения величайших музыкантов — Глинки, Чайковского, Бетховена, Моцарта, а так же русскую народную музыку и песни. Красочные театральные зрелища: инсценировки событий жизни, пьес, массовые праздничные действия осуществлялись в «Первой опытной станции» педагогами и детьми совместно, основываясь на их творчестве и выдумке.

На станции осуществлялась интересная идея: воспитывая детей, одновременно воздействовать на взрослое население. Детский коллектив и жители района находились в постоянном сотрудничестве. Дети активно участвовали в работе по улучшению жизни в окружающей социальной среде. Они устраивали для крестьян концерты и спектакли, обучали сельских ребятишек выращивать цветы в палисадниках, вели борьбу за чистоту и гигиену в домах и на улицах. Крестьяне всячески вовлекались в жизнь школ — для них читали лекции, им раздавали элитные семена, помогали в ведении хозяйства.

Особую заботу С. Т. Шацкий проявлял о подготовке сельских педагогов. С первых дней были организованы еженедельные курсы для учителей из школ, входящих в состав станции. Приезжали сюда и учителя из отдалённых селений. Их обучали не только методикам преподавания, но и проведению исследования детской жизни, а также жизни сельского населения.

Первая опытная станция была широко известна в стране и за рубежом. Американский философ, психолог и педагог Джон Дьюи, посетив «Станцию» был восхищен: «Я не знаю ничего подобного в мире, что могло бы сравниться с ней».

В то время как на Западе труды С. Т. Шацкого получали всё большее признание, у себя на Родине в печати начались нападки на ученого. Его обвиняли в педагогическом «руссоизме», в чуждых политических взглядах «аграрного толстовства», в защите «кулацких настроений деревни». Если бы не личная и многократная защита со стороны Н. К. Крупской и А. В. Луначарского, то, вообще, неизвестно сколь долго этот опыт просуществовал бы после 1917 года.

В начале 30-х годов учебно-экспериментальная работа была признана вредной и ошибочной, запрещены все поиски новых методов обучения и воспитания детей. Были репрессированы и объявлены врагами народа многие друзья и единомышленники С. Т. Шацкого. Отстранён от должности нарком Луначарский. В 1932 году Первую опытную станцию расформировали. Началось превращение «школы труда» в «школу учебы».

Станислав Теофилович был назначен директором Московской консерватории и, как мог, проводил там в жизнь свои идеи: ввёл преподавание педагогики, организовал при консерватории школу-интернат для одарённых детей и Школу высшего художественного мастерства (как аспирантуру для исполнителей). Одновременно он руководил Центральной педагогической лабораторией Наркомпроса, задачей которой являлось обобщение опыта существовавших в то время опытных и образцовых школ, продолжал выступать и печататься.

Неудовлетворенность работой, систематическая травля, потеря смысла жизни привели к катастрофе. 30 октября 1934 года, возвратившись домой из консерватории, где шла подготовка к празднику Октябрьской Революции, С. Т. Шацкий скоропостижно скончался.

Оставить  комментарий:

Ваше имя:
Комментарий:
Введите ответ:
captcha
[Обновить]
=