Игорь Петрович Иванов и коммунарская методика

кленовые листья

На главную

ИВАНОВ Игорь Петрович

кандидат педагогических наук

Воспитательная работа пионерской организации

(лекция прочитана в лектории Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний 8 января 1958 года)

Товарищи, как вы знаете, немногим более месяца тому назад состоялся VIII пленум ЦК ВЛКСМ, который принял ряд важных решений в той области, которая нас всех очень волнует – в области работы пионерской организации. Сейчас наши вожатые, учителя, комсомольские и пионерские работники много думают над тем, как выполнить эти решения, как добиться того решительного улучшения пионерской работы, о котором говорилось на пленуме. Кое-что уже сделано. Много ещё впереди.

В своей лекции я хочу остановиться на некоторых вопросах методики пионерской работы, в основе которой лежат два важнейших принципа: принцип политической направленности и принцип самодеятельности.

VIII пленум ЦК ВЛКСМ подчеркнул, что важнейшей задачей пионерской организации является вовлечение пионеров в общественно-политическую деятельность, в общественно-полезный труд. Пионеры должны быть пусть маленькими, но активными участниками строительства коммунизма, должны видеть и чувствовать себя верными помощниками взрослых, ведущих гигантскую созидательную работу. Это указание пленума есть реализация исторического указания В. И. Ленина о том, что только в повседневном труде с рабочими и крестьянами молодое поколение может воспитываться в коммунистическом духе.

В своей работе с пионерами мы говорим им так: первейший долг каждого пионера – забота о людях: о младших, о старших, о товарищах.

Возьмем, например, заботу пионеров о младших ребятах. Она постепенно усложняется по мере роста самих пионеров. Младшие пионеры (3-4 класса) с большим увлечением шефствуют над детскими садами, «возятся» с дошколятами во дворе своего дома. Эта работа приносит огромную пользу не только малышам, но и самим пионерам. Пятиклассники шефствуют над учениками первого класса (лучше всего – того класса, где работает их бывшая учительница), готовят их к вступлению в октябрята. В шестом классе пионеры руководят октябрятскими звездочками, организуют разнообразную жизнь и работу октябрят. В седьмом классе – у старших пионеров – появляется новое важное дело: создание пионерских отрядов из октябрятских групп. И вот семиклассники создают такие отряды, готовят новых пионеров, передают им свои традиции, передают им горн, барабан, звеньевые флажки, отрядный флаг.

В седьмом классе есть еще одна увлекательная работа для старших пионеров – это работа в качестве инструкторов. Должны ли пионеры семиклассники чем-то отличаться от пионеров третьего класса? Конечно. Мы встречаемся иногда с тем, что старшие ребята стесняются носить галстук, потому что большому мальчику или девочке не очень хочется стоять в одном ряду с малышами 3-4 классов. Поэтому очень важно пионерам в 7-8 классах давать особые, ответственные поручения. Например, комитет комсомола поручает старшим пионерам руководить кружками младших пионеров, небольшими кружками в 3-5 ребят из младших классов. Таким маленьким кружком руководит семиклассник или восьмиклассник. Поработав некоторое время с этим кружком, он получает звание пионера-инструктора и соответствующий значок.

Должен сказать, что старшеклассникам это очень нравится. Это позволяет им чувствовать себя действительно руководителями, но не большого количества ребят, что им было бы трудно, а маленьких групп. Они делятся с младшими ребятами своим опытом, своими знаниями и вместе с тем они удовлетворяют собственные интересы, потому что они руководят в кружках теми делами, которыми сами увлекаются. У нас появились в дружинах, например, инструктора-затейники – девочки и мальчики, задача которых – учить младших пионеров интересным играм; появились инструктора-кукольники, которые организуют кружки кукольного театра, готовят с ребятами куклы и ставят небольшие пьесы, с которыми они потом выступают. У нас появились инструктора-выпиловщики, инструктора по фото и т. д. И этим мы решаем сразу несколько воспитательных задач, потому что здесь и обучение практическим навыкам, здесь и удовлетворение, и развитие индивидуальных интересов и способностей, и вместе с тем сплочение в единый коллектив старших и младших.

Еще одна линия пионерской работы – это забота пионеров о старших людях. В Ленинграде появился интересный опыт в одной пионерской дружине и думаю, что этот опыт может быть рекомендован и другим дружинам. Директор 195-й школы – большой энтузиаст пионерской работы. Он предложил пионерским отрядам постараться найти себе базу вне школы. Ведь до сих пор отряд фактически смыкался со школой, все сборы проходили за партами, и ничего хорошего не получалось, ибо повторялась учебная обстановка и это ребят утомляло. И вот каждый пионерский отряд должен был найти себе базу где-то вне школы, при каком-то коллективе взрослых.

В результате получилось очень интересно: скажем, один пионерский отряд нашел себе базу на одном из судов речного флота, которое базируется в Ленинградском порту. Этот отряд стал называться отрядом балтийцев. Другой отряд нашел себе базу и нашел друзей в Артиллерийском училище. Третий отряд нашел базу в автобазе, т. е. проще говоря, нашел друзей в гараже. Сборы свои отряды стали проводить у своих старших друзей. Начала завязываться связь пионеров с настоящей жизнью, трудовой жизнью советских людей, причем тут стал происходить взаимный обмен опытом, взаимная помощь. Для этих сборов ребята готовили чудесные концерты. Одно дело было, когда зрителями на этих концертах были те же самые ребята класса, в лучшем случае, ребята из других классов, и большой труд пропадал впустую, потому что они варились в собственном соку. Другое дело теперь, когда со своими концертами, которые ребята любят готовить, со своей самодеятельностью они выступают перед взрослыми друзьями. Вы сами понимаете, насколько большое воспитательное значение это имеет.

Далее, ребята такую интересную работу проводят у своих шефов: они записывают рассказы этих взрослых людей – коммунистов, комсомольцев, беспартийных – об их успехах, об их участии в Отечественной войне, в трудовых делах, о каких-то интересных событиях в жизни этих людей. Таким образом составляется своеобразная летопись или история людей, которые работают в этом коллективе. Это приводит иногда к совершенно неожиданным вещам. Возьмем, например эту автобазу. Когда ребята завязали дружбу с шоферами, многие сомневались в пользе, которая может быть от этого, говорили: «Что хорошего ребята могут там услышать или увидеть?» Однако в действительности оказалось совершенно другое. Оказалось, во-первых, что мы напрасно не доверяли наших ребят взрослым, боялись привести к ним ребят, потому что они, познакомившись с этими ребятами, стали с отеческим чувством к ним относиться и, может быть, некоторые из них даже подтянулись в своем поведении и в выражениях. А когда ребята стали систематически с ними беседовать и вызвали их на откровенность, оказалось, что у многих из них, казалось бы, обыкновенных шоферов на автобазе, удивительно интересная и богатая событиями жизнь, которой раньше никто не интересовался. И эти взрослые люди были до глубины души тронуты тем вниманием, которое оказывали им ребята.

Важно ли это в нашей работе? Для того чтобы показать, насколько это важно, приведу такой факт: в Ленинграде появилась по инициативе «Ленинских искр» игра в красных следопытов. Эта игра и в области проводится, а не только в Ленинграде. Что это за игра? Она начата к 40-й годовщине Октября. «Ленинские искры» создали штаб красных следопытов во главе с бывшим командиром эскадрона Чапаевской дивизии. Штаб стал заинтересовывать ребят созданием в школе команд красных следопытов. Задачей их стали розыски героев, поиски участников тех великих, больших событий, которые были в нашей стране, запись их рассказов, сбор реликвий, фото, забота о могилах и памятниках погибших героев и т. д. Надо сказать, что даже родители проявили к этому интерес. В «Ленинских искрах» периодически печатали интересный материал. Ребята приносили огромную пользу, устанавливая важные обстоятельства, выясняя истинных героев ряда событий, уточняя их поведение в дни Отечественной войны. Иногда ребята добывали просто бесценный материал.

Правда, иногда эта работа у нас стала принимать формальный характер. Скажем, ребятам шестого класса в одной ленинградской школе нужно было на сборе, посвященном 40-летию Октября, встретиться с каким-нибудь старым большевиком (это стало распространенным явлением – встречи со старыми большевиками, с коммунистами, с комсомольцами). Группа ребят получила задание – привести на сбор старого большевика. Они пошли на квартиру к одному старому большевику, адрес которого получили в райкоме. Оказалось, что ему 74 года, и он сказал ребятам, что почти уже не выходит из квартиры, ему очень трудно и он на сбор не может прийти. Ребята стали его приглашать, но он отказался. Они пришли в отряд и говорят: «Что нам делать? Он сказал, что на сбор не может прийти». И на сборе не было этого старого большевика.

Мне думается, вы понимаете, что и очень хороший замысел может привести к очень плохим результатам, если начинается формализм.

Мы стали спрашивать ребят: «А у вас не было такой мысли, чтобы пойти к нему на квартиру, если не всем отрядом, то хотя бы группой, поговорить с ним, записать его рассказ и об этом рассказе сообщить на сборе всему отряду? Почему у вас не мелькнула такая мысль?» Они говорят: «Как же так? Сбор ведь должен быть в школе и его (старого большевика) нужно привести на сбор».

Мы потом сказали: «А с чем вы к нему пошли? Вот у вас в школе цветов много. Вы ему подарок сделали?». Оказывается, у них даже мысли такой не было. Мы им говорим: «Вы бы пришли, поговорили с ним, узнали, как он живет, в чем нуждается, в чем ему нужно помочь, заклеены ли у него окна, может быть, ему в этом надо помочь?». Нет, такой мысли у них не было.

А сколько у нас бывает таких фактов, когда приходит коммунист или старый большевик к ребятам, начинает разговаривать с ними и получается не то, что нужно. Приходит, скажем, старый производственник с завода или колхозник к ребятам на сбор и говорит взрослым языком часто общие фразы. Смущается необычной обстановкой, что ему приходится сидеть вместе с ребятами за партой, теряется, и в результате получается, что и ребята не удовлетворены, и самому взрослому человеку как-то неудобно. Но дело сделано, мероприятие проведено, «птичка» поставлена.

Поэтому, наверное, правильно будет, если не гора пойдет к Магомету, а Магомет пойдет к горе, т. е. сами ребята пойдут к взрослым, потому что там они действительно смогут не только послушать, но и увидеть обстановку, в которой люди работают. Взрослые товарищи сами будут чувствовать себя гораздо увереннее, и, что самое важное, там ребята могут сразу увидеть, в чем они могут оказаться полезными. А они могут оказаться полезными на любом нашем советском предприятии: в гараже, на станции железной дороги и т. д. В этом отношении имеется очень интересный опыт у польской организации. Мы во многом с ними не согласны, но что у них хорошо? У них там такая установка, что за время пребывания в пионерской организации пионер должен познакомиться с работой железнодорожника, милиционера, вагоновожатого, с работой административных организаций, с работой почты, учреждений связи, вообще со всеми близко расположенными коллективами людей-тружеников. Это действительно очень хорошо!

Я походил недавно по отрядам седьмых классов во Фрунзенском районе и спрашивал, знают ли они свой район, знают ли, как работает, предположим, Витебский вокзал? Нет. Я спрашивал: «Вы на Витебском вокзале были?» Говорят, что были, когда садились в электропоезд, но они совершенно не представляют себе этой работы. И действительно, выявляется совершенно недопустимое незнание нашими ребятами трудовых повседневных дел советских людей. Или, скажем, такая вещь: ведь не секрет, что с родителями пионеры встречаются только в чисто бытовой обстановке. Они не имеют понятия о том, где работают родители. А если и знают, что родители работают там-то, то не имеют представления об их работе, а часто даже гнушаются этой работой.

И вот напомню вам опыт 195-й школы, где пионерские отряды действительно находят себе друзей вне школы в простых коллективах советских тружеников, помогают этим коллективам, проводят там концерты, участвуют в проведении каких-то мероприятий по наглядной агитации, записывают историю этого предприятия или учреждения, готовят подарки этим старшим товарищам. Это все является помощью ребят, участием ребят в жизни этих предприятий, в жизни этих взрослых коллективов. И эти взрослые коллективы также очень много дают ребятам. Главное, что мы этим самым наших ребят воспитываем не на общих истинах, а на наглядных примерах трудной, тяжелой, но очень благородной и почетной работы наших советских людей, простых тружеников.

В связи с этим, поскольку я упомянул о красных следопытах, хочу рассказать еще об одной очень интересной форме работы. Если вам придется беседовать с учителями и вожатыми, то важно привлечь их внимание к работе Всесоюзной экспедиции пионеров и школьников.

Что делает по инициативе газеты «Пионерская правда» эта Всесоюзная экспедиция пионеров и школьников? Задача экспедиции — выполнение пионерскими звеньями, отрядами и дружинами каких-то заданий районного Совета депутатов трудящихся, Отдела сельского хозяйства, или, скажем, районного отделения Общества по распространению политических и научных знаний, какого-то научно-исследовательского института и т. д. Ребята участвуют по существу в краеведческой работе, но участвуют не единицами, а своими пионерскими коллективами. И у нас очень много замечательных фактов в Советском Союзе, когда ребята делают реальный вклад в народное хозяйство своего района или области.

Однако нередко эта работа еще не носит массового характера. Во Дворец пионеров, в Дома пионеров, часто приходят ребята и говорят: «Вот нам нужно провести сбор на тему «Пионеры-герои». Дайте нам материал о пионерах-героях: о Павлике Морозове, о Володе Дубинине».

С такой просьбой пришли, однажды, ребята из 337-й школы. Оказывается, что ребята совершенно не знают, что в этой школе учились три пионера, которые прославились в дни Отечественной войны. Мы спрашиваем ребят: «Вы знаете, что в вашей школе учился Осипов?» Они говорят, что не знают. А это дважды Герой Советского Союза, летчик, бюст которого установлен в Московском Парке Победы.

Или, например, приезжают ребята из гор. Пушкина и просят дать им материал о пионерах-героях. Оказывается, что ребята совершенно не знают, о том, что из самих школ гор. Пушкина вышел целый ряд и пионеров-героев, и комсомольцев. На Нюрнбергском процессе говорилось о том, что в гор. Пушкине активно действовала партизанская группа молодежи. Что это за группа – до сих пор во многом остается неизвестным.

Огромные, неисчерпаемые возможности заложены в работе пионерских организаций по созданию истории своей школы. Мне недавно пришлось быть в городе Иванове. Я знакомился с работой пионерских организаций. Мне посоветовали, в частности, побывать в 39-й школе. Я ничем больше не мог там заниматься, кроме как перелистыванием страниц «Истории школы» и беседой по поводу написанного в этой «Истории». Школа основана в 1918 г. На будущий год ей исполнится 40 лет. С 1937 года, т. е. ровно 20 лет, там ведется летопись истории школы. Уже имеется семь больших книг этой летописи. Это изумительный человеческий документ. Там и протоколы, и телеграммы, и фото, и рассказы. Причем рассказы не только о делах школы, но и о тех людях, которые окончили эту школу. Например, в этой летописи есть раздел «Жизнь наших секретарей комитета комсомола». За 40 лет у них было 25 секретарей комитета комсомола школы, и они ведут переписку с этими бывшими секретарями, которые работают сейчас в разных концах Советского Союза. Эта переписка накапливается, ведется летопись жизни этих людей, и я думаю, что никакими громкими фразами о чести каждой школы, о любви к школе нельзя достигнуть таких результатов, какие получаются, если почитать такую книгу, а тем более – если принять участив в ее непрерывном создании, обогащении.

Вы хорошо знаете, что многие наши пионеры активно участвуют в общественно-политической жизни страны, успешно трудятся в колхозе, на стройке и т. д. Но, к сожалению, и здесь еще непочатый край работы. Мне довелось несколько раз быть в разных районах нашей области, и вот там нередко видел, что пионеры не думают об улучшении окружающей жизни. Скажем, дорога, ведущая к школе, в плохом состоянии, но ребята палец о палец не ударили, чтобы эту дорогу благоустроить, хотя это рядом с ними. У нас нередко учителя, педагоги (не потому ли, что лишней нагрузки не хотят на себя брать?) не привлекают ребят к труду, к участию в строительстве в своем рабочем посёлке, деревне и т. д. Думаю, что очень интересен опыт тех наших школ, которые превращают участие пионеров в стройках в большое политическое дело. Ведь и к этой работе можно тоже формально подойти. Но, если ребятам показать значение этого дела на конкретных цифрах, связать его с будущим вашего района, с будущим вашего города, если пионеры пойдут к депутату районного или городского Совета, который расскажет им, что сейчас делается в данном районе, какие новостройки создаются, какой ремонт должен проводиться и т. д., то ребята с огромным энтузиазмом будут участвовать в этой работе. Особенно, если организовать соревнование между ребятами, между пионерскими звеньями и отрядами.

И вот я перехожу ко второму основному вопросу методики пионерской работы, который я сегодня должен осветить — к вопросу о самодеятельности ребят. Ведь политическое содержание работы пионерской организации и самодеятельный ее характер – это два краеугольных камня, на которых должна строиться работа каждой дружины, каждого отряда.

Что это такое – самодеятельный характер? Много у нас говорят о самодеятельности, но часто это только общие разговоры, а речь должна идти о конкретной методике. Возьмем то, с чего начинает любой отряд или дружина – составление плана работы. Как это проводится у нас? За последние годы распространилась, к сожалению, такая практика: план работы отряда составляет классный руководитель, план работы дружины – старший вожатый, они идут с этими планами в Совет дружины и Совет отряда и говорят ребятам, что нужно сделать то-то. Более опытные вожатые и воспитатели сначала ребят соберут и предложат им высказать свои предложения, что они хотят делать, а потом говорят: «Я думаю, что ещё то-то и то-то нужно сделать».

Казалось бы педагогически это правильно, а по существу с этого и начинается ненужная опека над пионерами. Ребята не чувствуют себя хозяевами в своей пионерской организации, ибо ребят не проведешь – они прекрасно знают, что план уже составлен и даже согласован с директором школы.

Мы в ряде школ в этом году пробовали сделать совершенно иначе, мы выдвинули такой лозунг: «План составляют все пионеры». С этого мы начали активное вовлечение ребят в жизнь своей организации и сделали это с помощью ряда приемов, например, с помощью конкурса между звеньями на лучшее предложение к плану. Этот конкурс объявляет Совет дружины. Ребята в своих звеньях готовят и обсуждают предложения в план работы своего отряда и в план работы своей дружины. Затем происходит сбор отряда. Слово получает по-очереди каждое звено, и каждое звено вносит свои предложения. Эти предложения обсуждаются. Нужно отобрать самые лучшие. Здесь, конечно, желанный участник – классный руководитель. Потому что он вместе с ребятами одобряет интересные предложения, что-то подсказывает. Но он здесь уже выступает не как «начальство», а как старший товарищ и друг пионерского отряда.

Это планирование мы называем коллективным планированием. Второй прием такого планирования, испробованный нами – пионерская разведка или «разведка пионерских дел». Перед тем, как пойти на сбор отряда, перед тем, как внести свои предложения, ребята должны сами поискать дела.

И тут возникает совершенно другая ситуация. Не классный руководитель идет к ребятам и говорит: вам нужно сделать то-то, а ребята приходят к нему и спрашивают, что нужно сделать. Но классный руководитель при этом не должен давать сразу готовый ответ, а должен наталкивать ребят на источники, где они могут проявить свою инициативу. А источников очень много.

Классный руководитель спрашивает ребят: «А вы читали «Ленинские искры»? Что интересного появилось за последнее время в других дружинах?»

Классный руководитель говорит своим пионерам: «Ребята, посмотрите кругом себя. Где можно приложить пионерские руки? Что можно сделать для школы?»

«Ребята, я думаю, что вам может многое подсказать председатель колхоза. Спросите у него, что можно сделать для колхоза в этом месяце?»

«Ребята, может быть, вам комитет комсомола даст какое-то поручение?»

Вот так ребята получают целый ряд каких-то советов, которые они должны сами обсудить. И, конечно, сам классный руководитель тоже может им что-то конкретное посоветовать. Он может сказать: «Ребята, я вам советую сделать то-то, а дело ваше – примите вы это или не примете». Конечно, совет уважаемого классного руководителя для ребят будет законом, но они будут чувствовать все-таки, что от них зависит окончательное решение.

Такая «пионерская разведка» наталкивает ребят на то, что они могут сделать, они сами ищут полезные дела. Это развивает творческую мысль ребят, их самостоятельность и это правильно педагогически. У нас ребята слишком привыкли ждать готового от старших, от взрослых. Поэтому в беседах с пионерами на вопрос, почему этого не сделали, нередко слышишь ответ: «Нам не говорили, мы не знали». Так появляются равнодушие и пассивность у многих пионеров.

Мы использовали и такой прием в нашей работе с пионерами – направляющую анкету. Совет Дружины разрабатывает 5-8 вопросов, и эти вопросы идут в каждый отряд. Ребята думают над этими вопросами. Например, в первой четверти этого учебного года в одной из школ в «направляющей анкете», были такие вопросы:

Такими вопросами пионервожатый и классный руководитель направляют самодеятельность ребят.

Это — коллективное планирование.

Но мало привлечь всех ребят к коллективному планированию, а очень важно, чтобы они выполнили то, что задумали. Очень важно, чтобы при составлении плана сами ребята распределяли – кто, что будет делать. Ведь у нас нередко этим занимается классный руководитель, учитель. А когда сами ребята не только будут вносить предложения, но и скажут, кто это лучше всего сделает, тогда действительно поручение становится коллективным и тогда у ребят начинает появляться чувство ответственности перед коллективом. У Макаренко есть очень хорошее выражение: «Шлем ответственности». Макаренко говорил, что мы портим нередко ребят тем, что они привыкают, что за все отвечают воспитатель, классный руководитель, вообще старший. Он говорил, что нужно какие-то дела передавать на полную ответственность ребят, на ответственность перед коллективом. Поэтому в плане дружины должно быть указано не только, что надо делать, но и кто делает.

Дальше идет такой важный момент, как коллективный контроль работы отряда и коллективная оценка. Вы знаете, что у нас раз в год проводятся отчетно-выборные сборы, но эти сборы, вообще говоря, на 99% просто формальность. Ребята собрались, прослушали отчет председателя Совета отряда или дружины за год, выбрали руководящие органы и на этом все кончилось на целый год. Конечно, они не в состоянии вспомнить и проанализировать дела за целый год и, кроме того, очень много интересных дел ребята уже не помнят. А ведь каждый месяц ребята делают какие-то интересные и полезные дела: борются за чистоту, проводят походы и т. д., но получается так, что сделали и все. Кто обсуждает эти дела? Педагогический совет в лучшем случае, а сами ребята не учатся на собственном опыте. Обсуждение собственного опыта – это важная школа коммунистического воспитания не только для взрослых, но и для ребят. Поэтому мы думаем в этом году сделать так, чтобы у нас в начале новой четверти пионеры обсуждали свою работу за предыдущую четверть, выполнение плана за предыдущую четверть, чтобы этот план не был только бумагой.

Мы такую проверку уже сделали и это имело большой эффект. Но, очевидно, такой «отчетный» сбор отряда проводить надо не в обычной обстановке, не за партами, а в пионерской комнате или вне школы. В общем, нужно создать соответствующую обстановку. Сначала выступят звеньевые и расскажут, что они сделали, председатель Совета отряда скажет свое мнение и т. д. Это будет действительно настоящий товарищеский контроль и оценка, а после этого обсуждения надо составлять уже план на новую четверть.

Вот сейчас во всех дружинах должны проходить пионерские сборы, посвященные решению VIII пленума ЦК ВЛКСМ. Вам придется с этим иметь дело, и я очень прошу подсказать товарищам, чтобы опять не вылилось это в формальность. Если прямо на сборе зачитают постановление пленума и скажут: «Ребята, что вы предлагаете?», конечно, они не разберутся в многообразии задач. Нужно сделать так, чтобы с этим постановлением ребята ознакомились до сбора, чтобы они сами подумали, что могут сделать. И начали этот сбор с того, что рассказали бы, что сделали за прошлую четверть, чтобы на собственном опыте они пришли к какой-то новой мысли или предложению.

Теперь я хочу привести один пример, который говорит о том, что очень плохо, когда ребята фактически не отвечают за свои дела, не чувствуют ответственности перед коллективом. Недавно в одной из ленинградских школ устраивали показательный сбор на тему «Пионеры-герои». На этот сбор пришло 87 классных руководителей разных школ, а там было 45 пионеров. Само по себе это совершенно неправильно. Классный руководитель стал за шкаф и суфлировал. Короче говоря, классный руководитель проводил сбор по сценарию. Кабинет был украшен всякими плакатами, которые делали родители. Но дело не в этом, а в том, что это был сбор, который по существу был подготовлен только классным руководителем. Ребята были только исполнителями, а не организаторами, и их самодеятельность, таким образом, не могла развиваться.

Теперь, какими приемами может пользоваться классный руководитель, чтобы самих ребят вовлекать в активную деятельность? Недавно рассказали, что в одной школе есть такой классный руководитель, у которого замечательно поставлена работа по политическому просвещению ребят, работа с газетой. Это очень важный вопрос. Поэтому мы заинтересовались. Узнали, что классный руководитель огромную вкладывает энергию в эту работу, но что получается? Два раза в неделю классный руководитель выступает перед ребятами с обзорами пионерских газет. Классный руководитель добился того, что 27 пионеров из его класса, т. е. подавляющее большинство, выписывают пионерскую газету. Когда мы стали с ребятами беседовать, поставили несколько вопросов по последним номерам газет и спросили: «Ты это читал? Как ты к этому относишься и что думаешь?», они стали мяться и чувствовалось, что имеют слабое представление. Наконец, вызвали их на откровенный разговор. Тогда выяснилось, что они газет не читают, в лучшем случае – смотрят последнюю страничку. Почему? Потому что классный руководитель систематически выступает перед ними, делает им обзоры пионерских газет. И они знают, что им все расскажет классный руководитель.

Вот как благие намерения и хороший порыв классного руководителя приводят к обратным результатам, не вызывая со стороны ребят самостоятельной активной работы. Поэтому, мне кажется, правильно делают те руководители, которые раз в две недели устраивают обмен впечатлениями и мнением самих ребят по прочитанным газетам, когда отрядный вожатый готовит несколько вопросов, а ребята должны подготовиться по этим вопросам и ответить на них. И самое главное опять – не «мероприятие», а повседневный интерес классного руководителя к тому, что делают, что читают, о чем думают ребята.

У нас классные руководители стали проводить «пионерские мероприятия». А ведь самое главное в периодической помощи отряду – это беседы классного руководителя по душам с ребятами. Такого повседневного человеческого общения педагога, классного руководителя с пионерами, живого обмена мнениями, мыслями о жизни ребят, о прочитанном в газетах, о кинофильмах и т. д. у нас нет. У нас ребята лишены во многих случаях такого человеческого общения, потому что родители заняты с утра до вечера, учителю некогда. У учителя не остается времени на самое главное – на то, чтобы быть близким к ребятам человеком. Я убедился на собственном опыте и на опыте ряда классных руководителей, что не менее чем на 70-80% решает успех дела такой человеческий контакт, когда ребята смотрят на классного руководителя, как на старшего товарища, друга. Он направляет пионеров, но они сами являются хозяевами положения в жизни своего отряда.

Эта позиция классного руководителя по отношению к пионерскому отряду чрезвычайно важна. Но вы можете задать такой вопрос: «Хорошо, значит, вообще во внеклассной работе классный руководитель должен стоять как бы в стороне, а все должны делать сами ребята?» Тут вот какое очень важное педагогическое положение: по существу говоря, в воспитательной работе учитель, классный руководитель должен иметь «две тактики», находиться в двух разных позициях. Одна сторона учебно-воспитательного процесса – это деятельность ребят, которая проходит под прямым руководством классного руководителя. Где учитель, классный руководитель для ребят является хозяином положения, непосредственным организатором? Это, конечно, в учебном процессе, это ясно. Но и во внеклассной работе также есть эта сторона. Есть такие внеклассные мероприятия, которые проводит и которыми руководит непосредственно классный руководитель. Например, есть такие экскурсии, которые ведет классный руководитель, есть такие читательские конференции, которые проводит классный руководитель, классные собрания. Классный руководитель сам выбирает темы этих внеклассных мероприятий, он намечает ответственных и распределяет поручения, он контролирует, как идет подготовка и он оценивает. Есть целый ряд внеклассных мероприятий, которые непосредственно проводит классный руководитель. Это одна сторона воспитательного процесса.

Но есть вторая сторона – это деятельность ребят, осуществляемая при опосредованном руководстве, при опосредованном воздействий со стороны классного руководителя. Мы говорим, что пионеры дружины и отряда должны быть самодеятельными. Это значит, что именно они должны быть организаторами своих пионерских дел, они должны выбирать и решать, на какую тему провести сбор, они должны распределять поручения, контролировать и давать оценку. Но рядом с ними стоит их старший друг – классный руководитель. И вот тут, конечно, мы вспоминаем замечательные слова Крупской, которая много раз подчеркивала, что одно дело — учитель, как руководитель ребят в учебном процессе, как руководитель внеклассной, работы, а другое дело – это учитель в отношении пионерского отряда. Здесь он первый среди друзей пионерской организации, он – первый друг отряда. И по решению VIII пленума ЦК ВЛКСМ теперь должны создаваться советы друзей в пионерских организациях, советы друзей пионерских дружин и советы друзей при пионерских отрядах. Думаю, если подойти не формально к этому делу, в этот совет друзей отряда должны войти 2-3 родителей, должен войти кто-то из шефов, из комсомольцев старших классов и должен войти классный руководитель, который, по моему глубокому убеждению, должен быть председателем этого совета друзей, он должен быть первым среди друзей пионерского отряда.

Вот некоторые положения относительно содержания работы пионерской организации, политической направленности этого содержания и относительно самодеятельного характера пионерской организации – двух важных принципов, на которых основана работа пионерской организации.

Будут ли вопросы?


– Не могли бы Вы привести пример этого опосредованного воздействия?

– Вот, скажем, такой пример. Пионеры шестого класса задумали провести сбор вместе с пионерами детского дома. Они пришли и сказали об этом классному руководителю. Он не возражал. Сами ребята выбрали ответственного. Классный руководитель спросил, как они думают провести это мероприятие. Они сказали, что нужно для этого сделать то-то.

Что делает классный руководитель? Он идет к директору детского дома и говорит, что ребята придумали такое-то дело и они придут к нему просить разрешения провести сбор в помещении детского дома. Он просит принять во внимание, что это за ребята, почему они решили провести этот сбор и что было бы хорошо, если бы директор детского дома им посоветовал то-то и оказал им содействие. Ребята об этом воздействии классного руководителя ничего не знают, но когда пришла эта делегация к директору детского дома, тот сделал вид, что ничего не знает, впервые об этом слышит. Он принял их очень доброжелательно, сделал для них, что нужно, и этот сбор очень удался.

Вот такая незаметная для ребят помощь, снятие каких-то трудностей (а некоторые трудности обязательно должны встретиться и нужно помочь ребятам преодолеть их) – это один пример такой линии.

Далее, со стороны руководителя может быть дан «косвенный» совет, когда руководитель не сам дает инструкцию, а указывает источники, где ребята могут почерпнуть нужные им сведения.

Дальше такой прием работы классного руководителя. Он предлагает ребятам несколько вариантов и говорит: «Ребята, вы это можете сделать, а можете и это. Как вы думаете, что лучше?» Один думает, что так лучше, другой, что этак. Тут возникает спор, в конце концов восторжествует какая-то определенная точка зрения, иногда и без участия классного руководителя.

Приведу такой типичный случай. Трем классным руководителям нужно было провести субботник трех параллельных классов. Как они сделали? Они поступили совершенно по-разному. Этот субботник нужно было провести по благоустройству территории вокруг школы.

Один классный руководитель пришел в класс и сказал: «Нужно сделать то-то. Сделаем так: завтра, в воскресенье, вы должны явиться к школе. Я договорюсь с завхозом, подготовлю все, будут лопаты. Все должны явиться к 9 часам без опоздания». Когда они на другой день пришли, он сказал им: «Пока не отработаете, никто не уйдет». Он находился среди работающих ребят, подстегивал их, поощрял, из кожи лез, чтобы все хорошо работали. Вначале они работали неплохо, а потом стали отлынивать и с трудом к 12 часам закончили работу на своем участке. После этого он сказал, что пойдет к директору школы и скажет, что вообще работу выполнили, но не все работали хорошо, а тех, кто совсем не пришел, вызовут к директору школы. Вот тут вам прямое руководство.

Как поступил второй классный руководитель? Он тоже пришел к ребятам и сказал, что нужно то-то сделать. Лучше сделать в воскресенье, а для того, чтобы это было организованно, надо сделать в виде соревнования. Надо разбиться на две бригады, и они будут соревноваться между собой. И тут же он разбил учащихся на две бригады, исходя из того, чтобы в обеих бригадах были равные силы. Он сказал: «Вот эти ребята пойдет в первую бригаду, а эти – во вторую». На следующий день, когда они работали, получилась так, что одна бригада стала отставать. Руководитель говорит им: «Что же вы отстаете?» Тогда ребята ему отвечают: «Ясно, что они лучше работают у них же ребята сильнее. А у нас кто?» Теперь из другой бригады ребята начинают перетаскивать к себе своих товарищей: «Иди к нам в бригаду!» Классный руководитель говорит: «Я запрещаю вам менять состав». Ясно, что ничего хорошего в воспитательном отношении из такой работы не получилось.

Третий классный руководитель пришел и сказал: «Ребята, решайте, как нам лучше сделать, чтобы провести эту работу?» Ребята стали сами решать, сколько нужно бригад. После небольшого спора, они решили, что надо иметь две бригады. Они сами произвели распределение по бригадам, сами выбрали бригадиров. На следующий день пришли и стали работать, причем бригадиры лезли из кожи, потому что их выбрали ребята и они чувствовали ответственность. Руководитель иногда вмешивался, но когда стал с какой-то бригадой вместе работать, чтобы помочь, ребята зашумели, что это нечестно, и классный руководитель ушел проверять тетради, а когда через полчаса вернулся, оказалось, что почти вся работа уже сделана.

Но на этом дело не кончилось. Этот классный руководитель на следующий день сказал: «Проведем десятиминутку, обсудим, как вчера работали. Пусть бригадиры расскажут, а потом ребята». И вот выступили бригадиры и рассказали о том, как работали. Обсудили, а последним слово берет классный руководитель. Он говорит: «Ребята, вы работали очень хорошо. Думаю, что комитет комсомола об этом узнает. Думаю, что похвалит ваш хороший коллектив из 28 человек». Ребята недоумевают: «Почему из 28 человек? Нас же 29». Тогда классный руководитель говорит: «Коллектив из 28 человек, потому что 29-й не пришел». И все, больше он ничего не сказал. И этого было достаточно, чтобы выразить резкое осуждение тому мальчику, который не пришел. Тот покраснел, стал оправдываться, почему не пришел, но эти слова классного руководителя прозвучали более строго, чем угроза.

Вот из таких отдельных приемов складывается та тактика, о которой я сказал, как о тактике старшего товарища.

– А есть ли случаи, когда такая самодеятельность приводила к нехорошему положению?

– Иначе говоря, вы хотите сказать, что, если ребятам «дать волю», это может привести к нежелательные вещам, что руководитель должен присутствовать на всех играх ребят, на сборах и т. д., что, если ребята собираются без учителя, это может привести к страшным последствиям.

Товарищи, это говорит о том, до чего мы доходим в мелочной опеке над пионерами. Ведь мы знаем, что наши ребята вне школы сами встречаются, занимаются и командами, и группами. Чего только они не делают, и это ничего, а вот если хочет собраться небольшой кружок в школе, то им говорят: «А кто с вами будет? Мария Ивановна будет?» Если ребята говорят, что не будет, им не разрешают. Это неправильно. Почему? Потому что, если руководитель скажет семикласснику, который будет проводить кружок или пионеру: «Я прошу, поскольку я сам не могу с вами быть, когда вы закончите, прийти и рассказать мне, что вы делали», уверяю вас, что ребята такое доверие оправдают. Такое доверие к ребятам, с элементом контроля, заставляет их подтягиваться. А если классный руководитель не совсем уверен в ребятах, он может зайти к ним, но как бы случайно, сказав, например: «Вы не видели такого-то? Мне он очень нужен…»

Я уверен, что доверие к ребятам при ответственности их перед коллективом и перед комитетом комсомола, поможет тому, чтобы у нас работа пошла. А классный руководитель все равно один не сможет все сделать, за всем усмотреть, все организовать. Мы иногда говорим классным руководителям, что нужно делать то-то и то-то, заниматься и физическим воспитанием, и эстетическим, и трудовыми делами пионеров, и еще очень многим (решение VIII пленума раскрывает перед нами все многообразие содержания пионерской работы), а они на это отвечают, что «все это очень интересно, содержательно, но для этого нужен освобожденный классный руководитель, а нам, извините, некогда».

Если требовать от классного руководителя, чтобы он всем этим занимался сам, это будет неверно, потому что это физически невозможно. Тогда классных руководителей через два года придется освобождать от работы по болезни. Только тогда можно будет выполнить многообразные задачи, стоящие перед нами, когда действительно мы нашим ребятам будем больше доверять, дадим, им больше самостоятельности и будем развивать эту самостоятельность, их способности. Это ведь неподнятая целина. Если мы дадим выход их инициативе, огромным способностям, знаниям, которые мы на уроках вкладываем в них, навыкам, т. е. всему этому богатству, тогда ребята горы свернут. Вот во время Великой Отечественной войны было много замечательных героев-пионеров. Это были те же обыкновенные 12-летние ребята. Но они тогда чувствовали настоящую ответственность за свои поступки. Доверие, которые им оказывали, воодушевляло их. Если мы будем оказывать такое же ответственное доверие нашим ребятам, у нас произойдет огромный сдвиг в пионерской работе, на одном из самых важных участков коммунистического воспитания.

(из материалов Ленинградского Макаренковского Мемориально-методического центра)

Оставить  комментарий:

Ваше имя:
Комментарий:
Введите ответ:
captcha
[Обновить]
=